Село Урицкое

Поколение победителей

Дед Павел Иванович со товарищи

Нет, не сразу пришла к чекурцам счастливая сегодняшняя жизнь, они завоевывали ее и строили собственными руками, немало пролили крови и пота, но добились своего. После Февральской революции 1917 года Иван Иннокентьевич – делегат от Чекурской волости – принимал участие в первом съезде якутских и русских крестьян Якутского, Олёкминского и Вилюйского округов Якутской области. Инициаторами съезда были большевики, которые рассчитывали разрешить на нем ряд неотложных жизненных вопросов в интересах трудящихся. Съезд длился с 26 марта по 16 апреля 1917 года. Иван Иннокентьевич с большим интересом слушал выступление Емельяна Ярославского, который, передав приветствие съезду от имени Якутского комитета РСДРП, выразил пожелание, «чтобы солнце свободы, равенства и братства доставило якутскому народу действительную свободу и счастье под красным знаменем революции».

Делегат чекурских крестьян с первых дней работы съезда понял, какая непримиримая борьба происходит между тойонами и бедняками. Интересы первых выражали их идеологи В. Никифоров, Р. Оросин и другие. А интересы трудового люда защищали ссыльные большевики и их ученики из якутской молодежи. Встав на сторону большевиков, Иван Иннокентьевич проголосовал за введение в школах всеобщего начального обучения на родном языке, за преобразование церковно-приходских школ в светские, за издания якутского букваря. С особой радостью он встретил предложение Емельяна Ярославского об отделении церкви от государства и лишении ее материальной поддержки. Съезд принял решение об отмене классной системы землепользования и равном разделе покосных угодий по душам. Все причтовые и монастырские земли были переданы  сельским и наслежным  обществам. Крестьянские делегаты приняли также закон об избирательных правах всех граждан, достигших восемнадцатилетнего возраста.

Вернувшись со съезда, Иван Иннокентьевич рассказал односельчанам о его решениях. Крестьяне восторженно встретили их. Однако, умудренный большим жизненным опытом, Иван Иннокентьевич предупредил, что рабочим и крестьянам предстоит трудная борьба, прежде чем власть из рук буржуев окончательно перейдет к народу. Ведь самый важный вопрос оставался нерешенным – земля не была передана крестьянам.

- Очень жаль, не смог я увидеть эту новую жизнь, - говорил тяжело больной  Иван Иннокентьевич своим детям. -  Но я счастлив, потому что вы, мои дети, будете жить по-новому. Не жалейте своих сил ради торжества власти рабочих и крестьян. Будьте дружны, живите в мире и согласии. Ваше поколение самое счастливое, будьте же достойны своего времени.

Летом 1917 года Иван Иннокентьевич скончался от рака желудка. Сыновья и дочери, а их было у него восемь душ, свято выполняли завет отца. Самый старший, Иван, после революции работал в почтовом отделении, продавцом магазина Якутторга и охранником сельсовета. Она умер в январе 1968 года, на восемьдесят третьем году жизни. Второй сын, Павел, отбыв срок тюремного заключения за участие в маевке чекурских крестьян, не мог найти себе работу. Лишь после долгих мытарств ему удалось определиться линейным надсмотрщиком контрольного поста связи, который находился в дикой тайге вблизи Охотского моря. Потом он уехал в Иркутск, где в течение семи лет работал в почтово-телеграфном отделении железнодорожной станции. Здесь он еще ближе познакомился с большевиками. И как только произошла революция, добровольно вступил в ряды Красной гвардии, принимал активное участие в обороне Иркутска. В родное село Павел Иванович возвратился в 1921 году и с тех самых пор до выхода на пенсию бессменно работал в конторе связи. Первым в Олёкминском округе он смонтировал и установил радиоприемный пункт. Неугомонный по натуре, Павел Иванович не остался в стороне от важнейших мероприятий Советской власти. Старейший связист удостоен высшей награды Советского Союза – ордена Ленина.

Третий сын Ивана Иннокентьевича – тот самый маленький Гриша, который сфотографировался на коленях у М. С. Урицкого, в 1917 – 18 гг. работал секретарем Чекурского волостного исполнительного комитета и проводил большую организаторскую работу по претворению в жизнь директив Советской власти. Первым председателем волисполкома в то время был Семен Иннокентьевич Иванов, один из организаторов забастовки и маевки чекурцев. Когда в 1919 году в Чекурке была создана ячейка РКП(б), Григорий Иванович вступает в партию, работает секретарем Олёкминского окружного исполкома и председателем Чекурского волисполкома. В то время для подавления белобандитского движения из Иркутска в Якутск двигались регулярные части Красной Армии под командованием Нестора Каландарашвили. Григория Ивановича назначили за обеспечение безопасности продвижения красноармейских частей по Чекурской волости и снабжением их транспортом и фуражом. Иванов энергично взялся за дело. За короткий срок было мобилизовано около трехсот крестьян с полутора тысячами лошадей и этим самым обеспечило незамедлительное продолжение похода.

В 1922 году под командованием председателя Олёкминского окружного исполкома Анатолия Корнилова создается отряд красных дружинников, и Григорий Иванов записывается туда добровольцем. Весной, когда начали таять снега и побежали ручейки, отряд остановился в селении Марха. Но местные жители сообщили: в Саныяхтахе бесчинствуют белобандиты, прибывшие со стороны Исита. Снова проиграли сбор, дружинники двинулись к Саныяхтаху. Но опоздали. Предупрежденные агентами, бандиты успели убраться из деревни. К красному командиру с повинной пришел крестьянин Теплых, отставший от белобандитов.

- Хочешь вступить в наш отряд? Хорошо. Но для этого нужно выполнить боевое задание. Догони белых и скажи, что в Саныяхтахе расположился малочисленный отряд красных.

Перебежчику дали верховую лошадь, и он ускакал. А красные дружинники двинулись следом, чтобы устроить засаду в деревне Еловка. В ожидании бандитов корниловцы пробыли здесь четверо суток, но враги не появлялись. Тем временем ледоход на Лене продвигался все ниже и ниже, под Еловкой быстро прибывала вода. Боясь оказаться отрезанными половодьем, дружинники возвратились в Саныяхатх. А в ту же ночь в Еловку вступили белобандиты. Крестьян обвинили в том, что они тепло встретили красный отряд, поили и кормили бойцов, делились с ними сеном. Согнав мужчин на берег реки, бандиты приказали им раздеться. Полуголых людей загоняли в лодки и расстреливали в упор. Затем лодки с трупами пускали вниз по течению…

Весть о Еловской трагедии быстро дошла до Саныяхаха, и дружинники отправлись в погоню за белой бандой. Пришлось совершить очень сложный рейд – сухопутной дороги не было, поэтому, рискуя жизнью, корниловцы брели по воде, пробираясь между стремительно несущимися льдинами. Банду удалось настичь только в Исите. Завязался бой, в котором белобандиты были разбиты наголову. Красный отряд завершил свой поход в Якутске. Демобилизовавшись, Григорий Иванович в течение трех лет работал председателем Олёкминского окрисполкома. Его как активного и способного советского работника командировали в Москву на учебу. По окончании института Григорий Иванович занимает пост наркома финансов Якутской АССР. Затем выдвигается заместителем председателя Совета Народных Комиссаров республики. Много сил и знаний отдал он и на посту начальника Якутского управления Главсевморпути. Его плодотворная государственная деятельность была прервана в результате необоснованного обвинения. Он был репрессирован.

После реабилитации Григорий Иванович в течение многих лет работал в аппарате Государственной плановой комиссии Совета Министров Якутской АССР. В канун 50-летия Октября за заслуги перед советским народом он награжден орденом Трудового Красного Знамени. Умер Григорий Иванович в феврале 1968 года. Младший сын Ивана Иннокентьевича, Афанасий Иванович Кремнёв, с оружием в руках защищал Советскую власть на Вилюе. Впоследствии работал в аппарате Якутского обкома партии, в редакции газеты «Автономная Якутия». Афанасий Иванович окончил институт, сейчас он инженер строитель, писатель и журналист, живет и работает в Чите. Дочери Ивана Иннокентьевича Мария и Елена – ветераны колхоза имени Ленина, уважаемые в районе люди. Дети чекурского крестьянина-бунтаря стали достойными продолжателями дела, за которое еще в 1905 году боролись их отцы и деды. По предложению Ивановых, Корчагиных, Одинцовых и других жителей селения, Чекурка в честь ссыльного революционера была переименована в село Урицкое. Много преград пришлось преодолеть крестьянам из Урицкого, прежде чем удалось поставить на ноги артельное хозяйство. О начальных шагах сельхозартели рассказывает ее первый председатель, ныне секретарь Президиума Верховного Совета Якутской АССР Петр Семенович Иванов.

- В 1929 году я окончил Олёкминскую семиклассную школу. В ту осень меня, шестнадцатилетнего парня, избрали секретарем сельского Совета. Помню, было много разговоров по этому поводу. Председатель райисполкома Ефрем Иванович Кузьмин усомнился в правильности выбора селянами такого молодого секретаря, но оставил меня в должности в порядке исключения, так как я был единственным в деревне человеком, имеющим семиклассное образование.

Через год вступил в комсомол и был выбран секретарем ячейки. Мы, комсомольцы, активно участвовали во всех политических и хозяйственных кампаниях на селе. Это была самая увлекательная и горячая пора в моей жизни, и сейчас я о ней вспоминаю с большим удовольствием и волнением.

Первый колхоз в селе создали в 1931 году. Вначале в нем было всего семь хозяйств. Меня избрали председателем. Большую помощь мне оказал мой дедушка Иннокентий Николаевич. Он сразу записался в колхоз и отдал артельному двору четырех рабочих лошадей, пять дойных коров, два плуга и деревянные бороны. Вслед за ним вступили в колхоз батраки Филимон Иванов, Касьян Севастьянов и другие. Колхозу единодушно дали имя великого вождя Владимира Ильича Ленина.

С чего начать? Как жить? Эти вопросы волновали меня, и я поехал в Олёкминск. Зарегистрировал сельхозартель, посоветовался, как вести хозяйство. В помощь нам дали земельный отряд, который, прибыв в селение, лучшие сенокосные угодья отрезал колхозу. Всполошились крестьяне. Прежде всего они набросились на меня:

- Молокосос! Все равно ваша артель развалится, долго не продержитесь!

Чтобы возвратить свои прежние участки, середняки пошли на хитрость: создали товарищество по совместной обработке земли, в которое  вошли 25 хозяйств. Председателем был избран зажиточный крестьянин Петр Павлович Иванов. Однако уловка не удалась – земля осталась у сельхозартели. Это еще больше обозлило середняков, они ждал наших промахов и ошибок. Но мы старались их не делать.

На этот раз меня тоже выручил дедушка. По его совету мы отсеялись вовремя, не упустив лучших сроков. Надо отдать ему должное – это был мудрый хлебопашец, рачительный хозяин. У него все было на учете.

Теперь оставалось вовремя заготовить корма для общественного скота. В этом помог колхозу мой отец, который тогда работал в Олёкминске председателем правления потребительского общества «Холбос», - он купил для нас в обществе «Салгабыл» («Взаимопомошь») пару конных сенокосилок, двое конных граблей и одну жатку.

Привезли из Олёкминска новую технику. Но никто из нас не умел с ней обращатся. Пришлось самим до всего доходить. Привлек к этому делу комсомольца Панфила Иванова. Вдвоем с ним собрали мы машины, привели их в боевую готовность.

Помню первый наш выезд, словно вчера было. Собралось почти все село. Мы с Панфилом решили испробовать сенокосилки на ровном лугу. К счастью машины работали безотказно. Мы быстро справились с уборкой, поставив несколько больших стогов. Также успешно провели и уборку хлебов. Колхозники работали в то лето с удивительным упорством, не покладая рук от зари до зари.

Видя, как быстро идет в гору наше хозяйство, крестьяне стали относиться к нам иначе, многие заговорили о вступлении в сельхозартель. А к осени «лед тронулся» - несколько хозяйств подали заявление в колхоз.

Настал день общего колхозного собрания. Зал был переполнен. Были тут и те, кто не состоял в колхозе. Некоторые пришли всей семьей, даже тягловую силу пригнали – лошадей и волов.

Конечно, всех, кто подал заявление, - причем, некоторые сделали это тут же, на собрании, - приняли в колхоз. В артели стало тридцать два хозяйства. Таким образом, мы повернули в свою сторону середняков – это была трудная работа, но тем и радостная победа…

С тех пор прошло свыше тридцати семи лет. Теперь колхоз имени Владимира Ильича Ленина является одним из лучших в Олёкминском районе. Она объединяет 240 хозяйств. На животноводческих фермах содержится более одной тысячи голов крупного рогатого скота, свыше пятисот лошадей, полторы тысячи оленей. Кроме того, в колхозе развито свиноводство, которое с каждым годом приносит все больше прибыли. За артелью закреплено 3 450 гектаров сельскохозяйственных угодий, в том числе свыше 600 гектаров пашни. Колхозные хлеборобы освоили и акклиматизировали скороспелые и морозоустойчивые сорта пшеницы, ячменя и озимой ржи. Планомерно расширяется посадка картофеля и других овощных культур. Если до революции приленские крестьяне еле-еле справлялись со своим натуральным хозяйством, то в настоящее время на базе высокой механизации развивается товарное артельное хозяйство. На колхозном производстве работают десятки тракторов и автомобилей, 11 электростанций дают ток. Две пилорамы, четыре мельницы, ремонтная мастерская облегчает труд крестьянина. Изменился и характер труда женщин-доярок. Прошлой осенью нам показывали помещение на 200 дойных коров, которое скорее всего похоже на комбинат по производству молока. Здание обогревается водяным отоплением, процессы доения коров, вывозки навоза механизированы. А прежде? Женщина две трети своей жизни проводила в темном, сыром и холодном хотоне. Кроме деревянной лопаты, деревянных вил и берестяного ведерышка, у нее не было никаких орудий труда.

Значительно изменилась и культура села. Теперь даже глубокие старцы – и те забыли всякие там святцы да религиозные праздники. Ежедневно по вечерам зажигаются огни в пяти Домах культуры, по утрам гостеприимно распахиваются перед ребятишками двери семи  школ. О знахарях и шаманах молодое поколение читает только в книгах – во всех населенных пунктах медицинское обслуживание. Хочется особо сказать о связи – почтовой, телеграфной и радио. Пятьдесят лет назад даже самое срочное казенное предписание доходило до Чекурки, в лучшем случае, через полтора-два месяца, а сейчас письма из Москвы доставляются на третий день, а газеты на второй. Последние новости здесь слушают по радио одновременно с москвичами. О ямщицкой профессии молодежь знает по рассказам глубоких старцев, которые нет-нет да вспомнят былые времена, свою молодецкую удаль. Ленский почтовый тракт закрыт давно. Пассажиров и почту воздушные лайнеры, быстроходные теплоходы и катера.

Когда-то было пределом мечтаний каждого чекурского мальчишки – стать ямщиком. А сегодня никто не удивляется тому, что крестьянские дети из таежного села едут на учебу в Москву, Ленинград, Ригу. Это стало таким же обычным, будничным явлением, как, предположим, поездки в Олёкминск или Якутск за обновками на праздник. Однажды я спросил у сына заведующего Домом культуры, который окончил десять классов, где он продолжит учебу. И услышал в ответ: «В авиационном институте, буду космическим ямщиком!» Кто знает, может, этот курносый и вихрастый сероглазый парень будет водить нас в качестве пассажиров в неведомые космические дали. Бережно хранят боевые традиции дедов и отцов чекурские крестьяне.

- Как только немецкие фашисты напали на нашу Родину, большинство чекурских мужчин ушли добровольцами на фронт, - рассказывает табунщик Василий Николаевич Иванов. Сам он был трижды ранен, но каждый раз вновь возвращался в строй, победителем вошел в Берлин. С ним рядом воевал односельчанин Пантелеймон Одинцов.

Чекурцы гордятся Олегом Одинцовым, прославленным снайпером и пулеметчиком. Но солдату из далекого ленского селения не суждено было разделить с земляками радость победы – он героически погиб, обороняя город Ленина – колыбель пролетарской революции. Свыше двадцати ровесников Олега Одинцова не вернулись в родное село. И сейчас в честь отважных защитников Отчизны в центре Урицкого возвышается памятник. Не перевелись здесь и хорошие следопыты. Колхоз, заключив договор с государством, ежегодно добывает первосортную пушнину. Характерно, что охотники не зависят всецело от щедрости Байаная – хозяина тайги, как в былые времена, а уже сами «регулируют» урожай пушнины. Из соседних областей привезли партию соболей и выпустили в заречной тайге, в озерах развели ондатру. Доходной отраслью стало звероводство – разведение чернобурых лисиц и голубых песцов.

Есть в Чекурке и медвежатники. Балагур, весельчак и хлебосол Николай Дмитриевич Одинцов, линейный надсмотрщик связи, в прошлую осень свалил сорокового медведя, которого почему-то в старину считали роковым. Вот ведь человек – не побоялся предрассудков, пошел один на хозяина тайги!..

Вот и весь рассказ о прошлом и настоящем приленского села Урицкое, которое называют селом отважных. А сколько таких сел и деревень разбросано по всей нашей необъятной Родине?! И у каждого своя неповторимая история, свое лицо, свой облик. (Урицкое – Якутск   1966 – 1967 гг.)